В майском номере журнала «CardPlayer» (специализированное издание и покерный веб-портал) опубликовано интервью, которое представителю издания Хулио Родригесу дал Джефф Гросс – один из талантливых хайроллеров, а также популярный комментатор и стример из США. Парень рассказал, каково это – играть на высоких ставках по всему миру, как получилось, что он ушел от «старзов» и примкнул к PartyPoker, поделился как переживает отсутствие живых турниров и т.д. Предлагаем вашему вниманию перевод материала, опубликованного в «CardPlayer».

Джефф Гросс – краткая информация

Онлайн-покер переживает второй бум. И очень может быть, что на этой волне Ренессанса на фоне гемблинговых онлайн-операторов и акул покера, находящихся на вершине пищевой цепочки, довольно неплохо себя сегодня чувствуют такие энтузиасты своего дела как Джефф Гросс. Уроженец города Энн-Эрбор (штат Мичиган) является одним из тех, кто уже несколько лет более сконцентрирован на онлайн-покере, чем на живом. И его стримы на Twitch подтверждают это.

Gross

Сформированная его собственными стараниями аудитория численностью превышающая 135 000 пользователей, которую Джефф Гросс имеет на Twitch, YouTube, Twitter, привлекла внимание сразу нескольких сайтов. Два года Гросс сотрудничал с PokerStars, сегодня он представляет команду PartyPoker, помогая развиваться руму. Делает он это в перерывах между трансляциями своего подкаста, в которых принимает гостей, тогда, когда нет съемок влогов, а также если не занят в качестве комментатора дорогих мировых покерных событий.

Напомним, что именно Гросс комментировал супер-хайроллер $1 000 000 Triton Super High Roller в Лондоне, когда самый большой приз в истории покера – $20,6 млн. – получил Брин Кенни. Он же работал в кабине комментатора ивента Big One For One Drop, когда его друг Антонио Эсфандиари в 2012 году выиграл свои самые большие призовые – $18,3 млн.

Между тем, Гросс и сам является непосредственным участником турниров с шестизначными бай-инами, на его счету участие в нескольких финальных столах Мировой покерной серии, а также победа в турнире за $25 000. В живых ивентах Джефф Гросс выиграл более $3,3 млн.

Сегодня он отец семейства, который вместе с женой воспитывает сына. И хотя Гросс уже не колесит по миру от одного турнира хайроллеров к другому, образ жизни хайроллера все же присущ ему. Как пример, его пари за $550 000 с Биллом Перкинсом, в результате которого у Гросса на спине появилась тату (с цветами флага ЛГБТ-сообщества – ред.). Кстати, тату до сих пор находится на спине у Билла.

Интервью знаменитости

-В настоящее время доступного для игры живого покера нет, но, видимо, это не очень-то сказалось на твоей повседневной жизни?

-Нет, у меня все в норме. Ситуация, конечно, ужасная, но она практически не сказалась на моей повседневной жизни. Причина – тот ритм, в котором я живу несколько последних лет.

-Ты был действительно занят. Ведь в работе находится сразу несколько покерных проектов…

-Работы очень много и особенно в последнее время, много съемок. В прошлом же году мне даже не удалось последить за WSOP за исключением пары дней – ведь у нас родился ребенок, который так или иначе, но заставляет уделять основное внимание жизни семьи. С тех пор и повелось, что если я не занят в покерном проекте, значит, я со своей семьей.

-Сын еще маловат, чтобы ехать вместе с ним на Burning Man? (Burning Man (пылающий человек) – ежегодный фестиваль, проходящий в пустыне Блэк-Рок в Неваде, в рамках которого его участники в течение восьми дней «самовыражаются» всевозможными способами, преимущественно посредством инсталляций, большая часть которых в итоге сжигается – ред.).

-Да нет, вполне можно было бы. Это в прошлом году мы не смогли поехать, так как малышу исполнилось всего два месяца. В этом же году мы собирались съездить, но мир перевернулся с ног на голову и поездка отложилась. Надеемся, что в будущем году все же съездим. Кстати, на этом фестивале я встретил свою жену. Это случилось в 2014 году, когда на Burning Man меня затащил Антонио Эсфандиари. Помню, я встретил ее среди пустыни в семь часов утра, когда она только проснулась, а я наоборот, шел спать. Вот так это случилось и в результате у нас с ней сейчас свой маленький burning man.

-Сегодня уже не те времена, когда ты начинал свою карьеру покерного профессионала. Тогда ты ездил по миру с такими звездами как Фелпс, Эсфандиари, Лаак, Раст, Перкинс, играя с ними в хайроллер-турнирах…

-Год или два мне везло в хайроллерах. Я играл в нескольких событиях за $100 000, заключал сделки, испытывал экшен. Было весело! Были успехи. Но в какой-то момент я осознал, что это не для меня. Очень сложно играть против лучших игроков планеты, стараясь не совершать ошибки. И я старался найти что-то другое для себя. Ведь ни у кого нет уверенности в том, что даже будучи самым топовым игроком, он хочет постоянно находиться в столь напряженном состоянии. Даже парни вроде Стивена (Чидвика), которые являются лучшими в мире, вынуждены пребывать в постоянном стрессе. Вы можете играть хайстекс, путешествовать по миру, а неудачи будут преследовать вас в течение года или даже двух.

-Сейчас ты играешь в покер и являешься одновременно покерным журналистом, представляя не только команду PartyPoker, но и собственный подкаст, канал на Twitch, а также комментируя живые события. Работы много. Наверняка к месте пришлось твое образование в сферах маркетинга и предпринимательства…

-Это да. Ведь у меня за плечами есть опыт работы в качестве аффилейта. Забавно, что я попал в покер именно таким образом, ведь еще в 2004 году, будучи учащимся колледжа я продвигал партнерскую программу PartyPoker.

Gross

-Расскажи, почему пришлось уйти из PokerStars?

-Было много разговоров о том, что PokerStars отказываются от своих амбассадоров. Но у меня был свежий контракт с ними, который я готов был уже подписать. В дело вмешался случай. В прошлом январе я играл в кэш на Багамах, где проиграл Робу Янгу свой крупнейший банк – $330 000. Моя пара тузов не выстояла против пары королей Роба, который в итоге собрал каре. Но не это самое интересное. Дело в том, что в той игре я на протяжении почти десяти часов имел удовольствие общаться с Робом. Потом мы пересеклись как-то еще раз. Затем он приехал в Майами, чтобы встретиться со мной, и теперь на PartyPoker есть команда стримеров, в которую наряду с Джейми Стейплсом вхожу и я.

Кто-то может сказать, что мне повезло, что я оказался в нужном месте в нужное время. Но это, думаю, не так. Дело в том, что такое признание иногда приходит не потому что выигрываешь турнир, все несколько поменялось. Для обычных людей, для аудитории важны не внушительные суммы и цифры. Те игроки, которые тащат дорогие хайроллер-турниры и выигрывают миллионы, на практике имеют мало общего со среднестатистическим покеристом. Сегодня для покерной онлайн-индустрии более важен стример, играющий в ивенте за $22, чем любой игрок с нашивкой рума в турнире за $100 000.

-Получается, что на самом деле ты проиграл самый лучший свой банк.

-Да, но в любом случае это был большой банк (смеется).

-Давай о стримах. Как думаешь, можно ли делать стрим высокого качества, одновременно общаясь со зрителями и стремясь одержать победу?

-Откровенно говоря, думаю, главное здесь не играть сразу несколько столов одновременно. Мне импонируют стримы, когда стример играет один турнир и общается с аудиторией. Есть и те, кто желает получить пару дипранов и по этой причине играет несколько столов. Они тоже имеют право на работу. Думаю, в этом отношении идеальным было бы максимум 4 стола, но очень сложно бывает по воскресеньям, когда в одно и то же время могут играться до 10 хороших ивентов, в которых хочется поучаствовать. Бывает и такое.

Что касается меня, то здесь дело несколько в другом. Естественно, когда стримлю, хочу выиграть, но понимаю, что победа будет или проигрыш – это не столь важно. Я рассматриваю стрим в качестве инструмента формирования собственного бренда, раскрутки PartyPoker, расширения деловых связей, которые могут привести к серьезным и перспективным проектам в будущем. Я стал ценить социальную сторону, которую имеет покер. Можно было бы, конечно, сутками напролет сидеть и изучать игру в надежде стать когда-нибудь одним из лучших на планете. К чему это, я отказался от этого. Отказался в пользу того, чем занимаюсь сейчас – наслаждаюсь игрой, которую полюбил еще подростком.

-На твой взгляд, почему другие покеристы не стримят свою игру?

-(Со смехом) Я даже не вспомню сейчас, сколько именитых покерных профессионалов обращались ко мне с просьбой помочь им начать стримить. В их числе были и мои друзья, которым я готов был предоставить любую помощь – от консультаций по оборудованию до контента. И такой план я предоставлял. Но львиная доля из них так и не решилась нажать на кнопку «live», есть некоторые, кто ограничился несколькими стримами и все. Почему это происходит? Потому что это по-настоящему сложно. Даже опытные и самые хорошие стримеры иногда выдыхаются, выгорают на психологическом уровне. Потому-то и я стримлю не так часто, каждый стрим для меня – это прежде всего волнение.

-В своих стримах ты эмоционален. А почему кто-то опасается в лишний раз даже поднять руку в знак своей победы?

-Я приверженец той мысли, что в живом покере сейчас стало слишком мало эмоций. Как-то в гости в мой подкаст пришел Мэтт Сэвидж, с которым мы поразмышляли над тем, как те или иные правила могут ограничивать взаимодействие людей. Так вот, правила, бытующие в Британии, в корне отличаются от правил, имеющих место в США. К примеру, игра хедз-ап. В Британии говорить с оппонентом, с которым играешь один на один строго запрещено. Дилер не даст вам пообщаться, причем не имеет значение, на какую тему ты хочешь побеседовать с оппонентом. Этот фактор играет антисоциальную роль в игре. Уверен, что так не должно быть, и эту ситуацию нужно откорректировать. Зачем делать игру слишком серьезной? Давайте развивать ее, сохраняя веселье!